Как приобрести познания и умения гейши? Ответ на этот вопрос в наше время ищут женщины со всего мира – как любительницы восточной экзотики, так и профессиональные сотрудницы различных заведений японской кухни и туристического сервиса.
И жители Японии охотно предоставляют такую возможность всем желающим. В интернете можно легко найти адреса разных двухнедельных, месячных и трехмесячных курсов для начинающих гейш, по окончанию которых, можно обзавестись соответствующим дипломом.
Однако на самом деле, такие документы носят скорее символическое, если не вовсе декоративное значение. Настоящими гейшами стать не так просто..
Путь в закрытый мир “людей искусства” (перевод иероглифов 芸者 “гэйся”, означающих понятия “искусство” и “человек»”) для подавляющего большинства японских гейш начинался в самом молодом возрасте.
Люди старшего поколения помнят, как в голодные годы начала ХХ века крестьяне приводили своих молодых дочерей к дверям окия (дом, общежитие гейш), где они пытались за мешок риса либо несколько монет продать девочку владелице заведения.
Но вряд ли стоит обвинять таких родителей в полном бессердечии – в те годы для семей бедняков одним из вариантов спасения дочерей от голодной смерти, была продажа их в окия, либо, в самом худшем случае, в общественный дом.
Другим, куда менее драматичным способом пополнения рядов обитательниц окия были девочки, рожденные самими гейшами, и естественным образом наследовавшие профессию матери.
Учеба будущих гейш начиналась со стадии сикоми (воспитание), что подразумевало по большей части просто-напросто быть в услужении.
Маленькие девочки убирались в доме и на кухне, прислуживали взрослым гейшам. Труд их был монотонным, и как говорится, из-под палки. Дело здесь не в строгости той либо другой хозяйки окия, а в целенаправленном стремлении выбить из девчушек даже самые малые представления о гордыне, непокорности и самомнении.
Как опытные керамисты месят глину, готовя ее к обжигу, так и хозяйки окия в течение пары лет ломали характеры малышей, готовя их к новой жизни, где нет места капризам, скандалам, самолюбию. Только в редкие свободные минуты девчонки-сикоми могли посещать классы, где знакомились с азами профессии их старшие подруги. Эта жесткая система приближения к профессии отчасти сохранилась и до настоящего времени.
Но сейчас главной задачей сикоми является ознакомление девочек с обычным для гейш киотским диалектом, традициями, манерой одеваться.
Чтоб перейти к последующей стадии обучения (минараи – “обучение на приятных примерах” (иными словами, “обучение через наблюдение за старшими”), будущей гейше было надо сдать несколько экзаменов, труднейшим из которых был традиционный танец.
Успешно преодолевшие эти испытания девчонки освобождались от работ по дому и кухне. Все свое время они отдавали исследованию музыки, танца, пения, другими словами – основам профессии гейши.
За каждой из учениц закреплялась опытная гейша, которая не только следила за прилежанием подопечной, но и стремилась передать ей скопленный опыт. Таковых “пестуний” ученицы называли онэ-сан (”старшая сестра”). Занятия проходили не только в учебных залах. Минараи могли аккомпанировать онэ-сан на одзасики – банкетах, где квалифицированные гейши развлекали клиентов.
Но к гостям учениц, конечно, не подпускали. Они сидели у стены и во все глаза наблюдали за тем, как и что делают их бывалые товарки. Однако помехой на вечеринках молодые ученицы не были. Их одевали в колоритные кимоно, контрастировавшие со сравнительно скромными нарядами настоящих гейш. Юность девчонок, их свежий вид (они не пользовались обязательным для гейш плотным макияжем), наряды, напоминающие пестроту крыльев бабочек, придавали вечеринке куда более оживленный атмосферу – но лишь в тех рамках и границах, в которых допускали онэ-сан.
За присутствие на одзасики девочкам-минараи платили гонорар – приблизительно третью часть того, что получали за вечер их наставницы. Но главное было в другом: юные ученицы, следя за старшими, перенимали знания, которым в школе не обучали, – искусство беседы, умение затевать различные игры с гостями.
Период минараи был сравнительно недолгим – месяц либо чуть более того, а дальше начиналась третья и наиболее важная стадия обучения.
Девочек, достигших данной стадии, именуют маико (майко) (танцовщица).
В Токио учениц гейш предпочитают называть по-другому: хангёку (”полудрагоценный камень” – так как предполагается, что истинной “драгоценностью” они станут только после окончания обучения).
Как и в предшествующий период обучения, будущие гейши продолжают осваивать нужный материал в комнатах обучающих классов, но главным для них становится сопровождение своих онэ-сан на вечеринки.
Наставницы при этом демонстрируют своим ведомым, как правильно проводить чайную церемонию, как и что играть на трехструнном сямисэне, буковой флейте сякухати, на различных барабанчиках, какие танцы исполнять, о чем говорить с клиентами, так, чтоб каждый из них остался довольным. Для маико необходимо хорошо усвоить искусство флирта, при всем этом сохраняя свою скромность и невинность.
Наставницы помогают будущим гейшам подобрать и свой творческий псевдоним (как пример – название цветка), с которым они вступят во взрослую жизнь.
Роль в вечеринках для маико не ограничивается наблюдением за опытными гейшами и подливанием напитков в стаканы гостей. Например, маико могут без помощи других исполнить какой-либо танец в рамках общей увеселительной программы.
Период обучения маико различен для различных школ. Так, в Токио он продолжается шесть месяцев, а в Киото, где профессиональные традиции соблюдаются еще строже – до пяти лет.
К продолжению: Гейша – человек искусства